бывшие фабриканты сейчас на

Местечко Воробьево – бывшие слободка и сельцо Воробьево (1930),  завода Гильдебрандта. Бывший фабрикант Бурылин, владелец На прошлой неделе на Volna Records вышла EP бывшего участника группы «Корни» Павла Кто сейчас продюсировать бывших фабрикантов, сочинять строчки вроде «Гражданин России — серьезный 

Как сложилась судьба бывших «фабрикантов». Опубликовано ср Сейчас судьба занесла его вновь на «Фабрику звезд». На этот раз в 

Вид на бывшую фабрику «Товарищества Иваново-Вознесенской ткацкой мануфактуры» («Компания»). С 1925 года до банкротства в 1998 — фабрика имени Балашова
В 1920-е годы Иваново-Вознесенск — красный Манчестер, самый крупный текстильный центр России, считался в СССР третьей пролетарской столицей. Революционную репутацию город заработал в 1905 году, когда в нём появился первый в стране общегородской совет рабочих депутатов, созданный в начале 72-дневной забастовки для переговоров с фабрикантами. В 1918 году заштатный индустриальный город сделали центром новой «красной губернии», а ещё через десять лет — огромной промышленной области. На рубеже 1920–1930-х Иваново-Вознесенск превратился в поле для экспериментов столичных и местных архитекторов-конструктивистов: на центральном проспекте появились дома-метафоры — корабль, подкова, пуля, школа-птица, воплощённые в красном кирпиче; улицы массово переименовали в честь местных революционеров. Strelka Magazine поговорил с ивановским историком, автором путеводителя «Иваново: Город красной зари» Михаилом Тимофеевым о промышленной архитектуре в провинциальном постсоветском городе и брендировании советского прошлого.
Михаил Тимофеев — доктор философских наук, главный редактор сетевого научного издания «Лабиринт. Журнал социально-гуманитарных исследований», организатор международных научно-практических конференций «Проект „Манчестер“: Прошлое, настоящее и будущее индустриального города» (2011, 2013, 2015), один из авторов идеи экспозиции Музея первого Совета «Коммунизм+коммуна=коммуналка» (2015). Далее — прямая речь Михаила.
(До)революционный Иваново-ВОЗНЕСЕНСК
Ивановский путеводитель — гид не по отдельным архитектурным достопримечательностям, хотя там есть большой блок, связанный как раз с конструктивизмом, а
репрезентация разных исторических эпох, которые оставили след в городе. Путеводитель разделён на четыре части. Первый раздел о том, что исторически определило облик Иванова. Я рассматриваю Иваново как сердце уникальной равнинно-фабричной цивилизации, возникшей в XIX веке на севере Владимирской губернии и юге Костромской. Приметы этой «цивилизации» — масштабные фабричные комплексы, особняки фабрикантов, дома рубежа веков в стиле эклектики и модерна. Вторая часть путеводителя посвящена трансформации городской среды в 1920–1930-е годы, когда в городе строились здания по проектам столичных и местных архитекторов, составляющие сейчас значительную часть конструктивистского наследия. В третьем разделе показано, как миф о первом Совете встраивался в структуру городского ландшафта. Начиная с 60-х годов в городе возводились многочисленные мемориалы и монументы — некоторые памятники выглядят достаточно абсурдно. Так, на площади Революции скульптурная композиция «Поднимающий знамя» изображает босоногих мужчин. Памятник создавался для южного города, для Одессы, в Иванове климат иной, и фабричные рабочие ходили в сапогах. А четвёртая часть путеводителя рассказывает о приметах «самого советского города», который к тому же был текстильной столицей страны. Труд текстильщиц отображён на многочисленных картинах тех лет, находящихся в фондах ивановских музеев. Репродукции некоторых известных работ вошли в книгу. Кроме этого в всех разделах имеются фотографии образцов тканей различных эпох из фондов Музея ивановского ситца. Что же касается собственно города, то приметы позднесоветского периода в городской среде есть как типические, так и специфические — многочисленные мозаики, брежневский модернизм.

Мне сейчас немного стыдно на себя смотреть. Бывшие «фабриканты» Арсений Бородин и Алексей Корзин – участники группы 

Михаил Тимофеев. «Город красной зари. Иваново: Неканонический путеводитель». Иваново, 2017
Как фабриканты заботились о рабочих
Я придумал понятие «равнинно-фабричная цивилизация» как антитезу уральской горнопромышленной цивилизации: на Урале — заводы, у нас — фабрики, там — горы, здесь — равнина. В сравнении с другими текстильными центрами Российской империи —
Лодзью и Тампере, и даже с Бонячками (сейчас это город Вичуга) в Костромской губернии, Иваново-Вознесенск заметно проигрывает по степени заботы фабрикантов о пролетариях. Хотя в городе были построены больницы, школы, клуб приказчиков, мещанская управа и некоторые другие социально значимые объекты, жилищная проблема стояла очень остро. Не очень активно создавались и рабочие городки. А вот в Вичуге сохранились больница, ясли и детский сад, клуб, рабочие посёлки Сашино и Серёжино, дома инженерно-технических работников — примеры социально ориентированной и прагматичной заботы фабрикантов Коноваловых о своих рабочих.
Иваново, ТЭЦ-2, 1954 год
Фабричные строения в Иванове и по сей день смотрятся впечатляюще, примыкающие к рекам корпуса занимают ключевое положение в городском ландшафте, выступают в качестве своего рода аналога кремля. А вот многие особняки фабрикантов сейчас почти незаметны, учитывая, что большинство из них были двухэтажными, некоторые уже в советское время были надстроены одним этажом, и находятся они на тихих улочках в центре города в окружении зданий гораздо большей этажности.
Что большевики сделали для рабочих после революции

Сейчас здание бывших яслей, построенное в 1912 году, сдается под Кузнецова заказал местный фабрикант Иван Кокорев в память о 

Иваново-Вознесенск вплоть до 1918 года был безуездным городом и получал незначительное финансирование из губернского и уездного центров, а местные фабриканты не очень активно вкладывались в благоустройство. В городе не было водопровода, освещался только центр, а в дома рабочих электричество провели только после революции. В советское время в городе проложили водопровод и канализацию, пустили трамвай, а вот жилищный вопрос так и не был решён. В Вичуге из квартир, в которых при Коноваловых жила одна семья, сделали коммуналки. Не случайно, что именно в этом городе были самые массовые протесты против советской власти. Заявления о том, что «жить стало лучше», были далеки от реальности.
Дом-«пуля» — бывшее здание ОГПУ-НКВД-КГБ-ФСБ (1932 год, архитектор Н. Кадников)
В середине 1920-х в городе началось массовое строительство. Местные краеведы очень любят цитировать строки Маяковского: «И Москва, и Иваново строились наново. В одном Иванове триста домов». Тогда началось строительство рабочих посёлков Свет и Воздух, Красный Химик. В самом большом из них — Первом рабочем посёлке — было установлено 144 дома на 2, 4, 8 и 10 квартир, но к концу 1920-х идея города-сада была признана нерентабельной, и на территории этих посёлков стали появляться многоэтажные строения. Например, Дом коллектива архитектора Ильи Голосова на 400 квартир, который проектировался как Дом-коммуна. После того как в 1930 году на страницах профильных журналов по архитектуре и искусству прошла дискуссия о будущем социалистических городов, было принято решение, что идея домов-коммун опережает своё время и от реализации таких проектов нужно отказаться. В это время в Иванове построили соцгородок меланжевого комбината и «Пролетарский текстильщик». Во второй половине 1920-х появился сам меланжевый комбинат, а также две прядильные фабрики — имени Дзержинского и «Красная Талка» — яркие образцы конструктивизма.
Проект прядильного корпуса «Красной Талки» архитектора Ивана Николаева, ученика Веснина, демонстрировался на парижской выставке в 1925 году. Архитектор предлагал новую идеологию в промышленном строительстве: фабрики нужно строить не многоэтажные, как до революции, а в два этажа с подвальными помещениями. В этом здании применялись передовые инженерные решения: стеклянная крыша для сокращения электрозатрат и не принудительная, а естественная вентиляция: хлопковый пух устранялся прохождением воздуха снизу вверх. Динамичный силуэт этого корпуса с венчающей перспективу технологической башней производит сильное впечатление и сегодня.
Заповедник конструктивизма на проспекте Ленина
Фабрика-кухня «Нарпит № 2» (1933 год, архитектор А. Журавлёв)
С 1927 по 1935 год в Иванове на современном проспекте Ленина и на прилегающих к нему улицах и площадях были построены многочисленные здания в стиле конструктивизма и постконструктивизма, которые должны войти в туристический пешеходный маршрут «Красная нить». Начинался он от железнодорожного вокзала, проходил по Второму рабочему посёлку к «школе-птице», затем через два корпуса «дома-корабля» Фридмана, там располагалась первая в СССР фабрика-кухня «Нарпит № 2» (1925). Далее маршрут пролегал через резиденцию Объединённого государственного политического управления (ОГПУ) — «дом-пулю» и жилое «здание-подкову» для его сотрудников, рядом стояли корпус для ударников ленинградского архитектора Грузенберга, 102-квартирный дом горсовета, бывший Большой драматический театр (третий по величине в СССР), Ивсельбанк Виктора Веснина. Кроме фабрики-кухни, на этом маршруте был изменён облик Главпочтамта, кинотеатра «Союзкино», Дома инженерно-технических работников. А самый амбициозный проект в городской среде, Дворец Советов архитектора Гальперина, так и не был реализован: к восьмиэтажному корпусу из стекла и бетона должны были примыкать два длинных четырёхэтажных корпуса из красного кирпича. От здания лучами должны были отходить 12 улиц. К моменту реорганизации Ивановской промобласти успели возвести только южный корпус. В конце шестидесятых на нём поместили монументальную ленинскую цитату «Пролетариат московский, питерский и иваново-вознесенский на деле доказал, что никакой ценой не уступит завоевания революции». После выхода краткого курса истории ВКП(б), в котором Иваново-Вознесенск уже не называли «Родиной первого Совета», местные большевики стали жертвами сталинских репрессий, и «золотой век» ивановской истории завершился.
Тампере, Лодзь, Иваново – Манчестеры за пределами Англии
Мы с ивановскими коллегами в 2011 году начали устраивать конференции, на которых обсуждали связь советской истории города и образа современного Иванова, по сути, мы говорили о создании городского бренда. На одной из конференций я познакомился с профессором Арьей Розенхольм из Тампере, третьего по числу населения города Финляндии, и выяснилось, что Тампере — это финский Манчестер, а побратим Иванова с советских времён, Лодзь, — польский. Существуют и украинский, французский, бельгийский Манчестеры — города, являющиеся признанными текстильными центрами. Мы с колле